Главная / Актуальная тема / СТРАНИЧКА НАСТОЯТЕЛЯ / Воскресные проповеди / Проповедь на Рождество Пресвятой Богородицы. 21 сентября 2012 г.

Проповедь на Рождество Пресвятой Богородицы. 21 сентября 2012 г.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
 
Каждый раз, когда приходится размышлять о празднике Рождества Пресвятой Богородицы, приходится напоминать о начале литургического года, о том, что (не строго богословски) Новый Завет начинается именно сейчас. С этого момента начинается жизнь, которая дана нам с пришествием Господа в мир.
 
Но сегодня мне хотелось бы сосредоточить внимание на других, пусть менее профилирующих, но тоже значимых вопросах: на семье, духовной генетике, рождении в мир человека.
 
Итак, обращу ваше внимание на интересный факт, на который меня навел один современный богослов. Если мы откроем календарь (а я рекомендую вам открывать его не только для того, чтобы узнать, когда в этом году Пасха, но и просматривать его с богословской точки зрения), то увидим, что в календаре мало праздников, связанных с чьим-либо днем рождения. Это парадокс. Почему? Да потому, что у большинства людей на этот счет совершенно противоположное мнение. Существуют две традиции, связанные с празднованием дня рождения — мирская и церковная, и они диаметрально расходятся. Правда, у нас православных часто бывает смешение, так, что наше сердце неравновесно распределяется, раздваивается и мы подчас не понимаем, куда нам бежать. И только у глубоко церковных духовных людей всё однозначно. В чем здесь дело? А в том, что у каждого человека (за редким исключением) существует иерархия праздников. Самый большой праздник в нашей стране — это, конечно, Новый Год, а после него — День рождения. Каждый человек ощущает этот день центральным для себя, напряженно ждет его, иногда нервничает, переживает. Я не говорю о тех людях, которые пытаются не праздновать свой День рождения либо по причине воспитанности и скромности, либо по причине страшной закомплексованности и ощущения своей неполноценности, боязни, страха, что еще хуже, так как там нет ни скромности, ни обыкновенного человеческого торжества. Почему значимость этого дня для нас важна? Только потому, что мы бытие очень ценим. То есть, это у нас, как я не раз упоминал на проповедях, слабое место. Жизнь, которую нам дал Господь, мы постоянно ругаем и ею недовольны и с удовольствием расстались бы с бытием, якобы это для нас не ценность (здесь много аберраций, наносных явлений, в психике нашей намешано много слоев, в которых мы сами разобраться не можем), но в конечном счете мы его ценим, и день этот ждем, и он для нас важен, как некоторый итог. Так или иначе, мы определенный отрезок жизни проживаем, и с каждым годом он становится все больше и больше. Сознательно или нет мы ждем этого итога — нам важно, насколько мы значимы в этой жизни, насколько мы востребованы, как велики наши профессиональные заслуги, реализованы ли наши наработки (где-то же мы действуем, функционируем), насколько это всё имеет подлинный плод, насколько это имеет отзвук в объективном мире. И поэтому, когда звучат поздравления и произносят их близкие и дальние нам люди, мы понимаем, насколько мы востребованы. Помимо этих моментов существует масса других: подарки, гости, слава и честь.
 
Мы тоже в этом участвуем, но церковное сознание делает акцент на другом. В начале своих размышлений я напомнил о календаре потому, что, когда мы его листаем, видим, что в нем основное — не рождество, не дни рождения, а дни смерти. Весь Святоотеческий Патерик, который в календаре представлен, — это даты смерти святых. И человек, приходя к Купели Крещения, крестится и в дальнейшем по церковной практике справляет не день рождения, а день тезоименитства или, как его еще называют, День Ангела, что у нас тоже требует своего уточнения, потому что День Ангела — это не день тезоименитства. Это сейчас в день Крещения дают свидетельства, в которых сохраняется дата Крещения. Раньше никаких свидетельств не давали и дата Крещения терялась. Но строго по форме богословской мы празднуем день тезоименитства (от слова «тезка»), родители выбирают, какое нам дать имя, и с этим именем затем идем по жизни, а имя, конечно, какого-то святого, который почил от дел своих и прославил Бога своей жизнью, и мы этого святого молим о помощи. Поэтому получается совершенно два разных момента: один — наш день рождения, другой — день смерти святого. Почему здесь такое раздвоение, почему Церковь так выбирает? Ответ достаточно прост.
 
В духовной традиции, выходящей даже за рамки самого христианства, в мудрости человеческой встречается такое заключение, что не очень понятен итог жизни до смерти. Народная мудрость гласит: «Конец — делу венец». Он (итог), завершая всё, и дает знак (плюс или минус) нашей жизни. Конечно же «несть человек, иже жив будет и не согрешит», поэтому итог святости может быть дан только после смерти, со всеми деталями и оттенками, открывшимися нам Богом. Поэтому памятование о последнем часе своей жизни сильно отрезвляет. Это некая осторожность и духовная педагогика. Разумный ракурс этого следования — ты сначала проживи, а потом будем торжествовать. Поэтому сосредоточенность нашего святого именно на часе смертном, который есть итог этой жизни, и поэтому мы празднуем духовную сторону этого события. Биологическая сторона в данной ситуации притушена, поскольку биологически процесс ничего не означает, не гарантирует, кроме как вероятной неудачи.
 
Но, обратите внимание, мы сейчас находимся в праздновании именно Рождества. Не смерти, а Рождества Пресвятой Богородицы. Еще в календаре мы найдем два Рождества — Рождество Христово и Рождество Иоанна Предтечи. Один великий человек, а другой Бог, и всё этим сказано! Этим задается некий эталон и часа смерти, и часа рождения. Особенно это связано с Иоанном Предтечей и Божией Матерью. Здесь дан эталон семейной жизни. Почему это так ценится, почему это так глубоко и какая корреляционная связь здесь с нашей жизнью просматривается?
 
Семья и жизнь Божией Матери необычайно показательны, и в самой Церкви задано  великое торжество именно Рождества. Ибо всё Ей удалось: и вход в эту жизнь — Рождество, и час смерти — Успение. И как сильно мы страдаем, не имея ни достойного рождения, ни достойно прожитой жизни, ни достойной смерти. И наше первое дело сегодня — всецело погрузиться в факт этого Рождения и посмотреть на семью Пресвятой Богородицы, что она собой представляла. Какие жизненные перипетии ее сопровождали?
 
Погружаясь в атмосферу того времени, в момент Рождества Пресвятой Богородицы, можно воистину поразиться с одной стороны великим чудом, с другой — великими искушениями, которые сопровождали эту семью. По сути, точно такими же, а, может быть, и хуже, чем у нас. Иоаким и Анна. Церковь непрестанно славит их имена, в каждом отпусте мы слышим о них, но какова была их жизнь? Их жизнь была глубоко трагична до момента рождения Божией Матери. Будучи совершенно праведными, они имели от Бога страшное испытание. Тогда отношение к бездетной семье было не таким, как сейчас. Сейчас, если нет детей, для кого-то это, может, и горе, а для кого-то — даже и радость. Многие сейчас думают, что дети и не очень-то нужны, но в атмосфере ветхого древнего мира дети означали продолжение самого рода, а их отсутствие — вымирание рода. А еще — ветхозаветный израильский менталитет, когда все ждали Мессию, Который должен был родиться из их народа. Поэтому каждая израильская семья должна была обязательно родить ребенка, чтобы его глазами увидеть Мессию. Если есть дети — есть перспектива, если детей нет — нет глаз, которые Мессию увидят. И еще: если нет детей, значит, есть какой-то тайный страшный порок, за который Бог не дает детей. Непостижимо, как Анна преодолевала всё это на протяжении стольких лет. Кратко Священное Писание и святоотеческое наследие нам говорит, что испытание было, конечно, не по силам. И, естественно, сама Анна была близка к отчаянию неоднократно: столько лет терпения, заканчивается репродуктивный возраст, никаких перспектив, возраст перевалил за шестьдесят. Мы можем здесь для себя почерпнуть атмосферу их семейного уклада. Как они общались между собой и как обращались к Богу? У нас обычно происходит так: «помянем» всех, Богу директивы выпишем и, впадая в отчаяние, зальем горе горькой. Но раз родилась Божия Матерь, раз Она родила Богочеловека Христа, значит в этой семье ничего из вышеперечисленного не было. Вот ведь какая семья. Мы бы стали выяснять, кто виноват, считая виновными кого угодно, но только не себя любимых. А в семье Иоакима и Анны был мир и покой, потому что Божия Матерь родилась без греха. У Нее был только первородный грех, но человеческого личностного греха у Нее не было. Это, конечно же, один из удивительнейших фактов, запредельный в своем понимании. И вот здесь я как раз и обращаюсь к понятию «духовная генетика».
 
Чистота Божией Матери потому только и могла состояться, что, помимо Ее самой, передана была Ей родителями. Они не передали Ей страстей. Именно поэтому столько времени из многих родов выводилась эта семья, из родов Давида, поколение за поколением, все лучшие и лучшие — и вдруг совершенные, самые прекрасные. И у самых прекрасных такое испытание, и они его достойно выдержали. Столько здоровья было в них, столько прекрасного, что под таким давлением они смогли сохранить оптимизм, радость и полностью вверили свои жизни в волю Божию. Нам такое только и переписывать для себя в книгу своей жизни и складывать в свое сердце, потому как и небольшое испытание способно разрушить нас до основания. Еще раз возвращаюсь к духовной генетике. Да, она есть. Почему всегда приходится говорить одной или другой матери: «Не ори на своего ребенка»? Да потому, что она транслирует это через рода внукам и правнукам, идет страшное продуцирование страстей из поколения в поколение. И до зачатия уже всё формируется, весь семейный уклад. И когда мы встречаемся с этим праздником, видим семью Иоакима и Анны, и маленькую Девочку, Которая появилась у Анны в таких годах, понимаем, что сила Божия проявляется самым неожиданным образом и потому никогда не надо ничего программировать и думать по своему разумению, как и что. Может, не дано детей счастья нашего ради, потому что так Он распорядился и нашел оптимум для каждого из нас. Что здесь возражать, Ему виднее.
 
Таким образом, мои соображения направлены на наши семьи, на то рождение и на ту радость, которую мы тоже должны иметь и справлять. Церковь определила вторичность дня рождения — это очевидно, но она также имеет торжество по факту сегодняшнего события, рождество Церковь тоже славит, но только когда все надежно и определенно, когда это рождество действительно святого человека. И хорошо бы нам хотя бы отчасти походить на эту святую семью, позаимствовать у них способность сопротивляться отчаянию, когда кажется, что нет будущего, что всё потухло, найти ту искорку горения по Боге, которая удержит нас от падения в пропасть. Надо помнить, что для Бога мы необычайно дороги — это должно быть ясно православному человеку. А с раздорами уж как-нибудь Бог разберется. Поэтому почерпнем из этой святой семьи тот подвиг, который потом и явила Богоматерь Своей жизнью, благодаря, конечно же, в том числе и Своим честным родителям.
 
С этими соображениями, с этими мыслями давайте помолимся сегодня, чтобы этот праздник вошел в наше сердце и оплодотворил нашу душу, чтобы семьи наши поменьше видели страстей, крика, надрыва и побольше мира, покоя, жертвенной любви ко всем и вся. Помоги нам, Господи, в этом. Аминь.
Поделиться: