Неделя о Страшном суде. 19 февраля 2017 г.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Братья и сестры, сегодня начинается одна из решающих недель, последняя в череде подготовительных к Великому посту. Называется она Неделей о Страшном суде, и чем больше мы вдумываемся в атмосферу недели, тем становится страшнее, потому что перед нами явственно возникает образ судилища. Как только мы начинаем привносить свое понимание, за что и как нас будут судить, как только подключается психика, которая лучше любого художника умеет рисовать жуткие картины, сразу обступает нашу душу ощущение безысходности, «плача и скрежета зубовного». Но, братья и сестры, эта безрадостность обычно возникает оттого, что мы вырываем евангельское чтение из контекста. Ведь неделя о Страшном суде — вдумайтесь! — подготовительная к Великому посту и к Пасхе. И в этом именовании сказывается вся полнота ее благодати, ведь на Пасху мы будем радоваться свету Воскресшего Господа. Если смотреть на неделю о Страшном суде в отрыве от этого, то и складывается уродливая модель наших кошмаров — неправильная, поскольку искажает само христианское Благовестие.

Между тем, в Евангельских словах о Страшном суде можно увидеть концептуальную линию всей нашей христианской жизни, потому что в них нам даются понятия эсхатологического плана — мы говорим о конце как в целом человеческой истории, так и каждого из нас. Мы рождаемся, растем, развиваемся, стареем, умираем. Весь мир движется по той же модели. В чем же тогда смысл бытия? В христианстве смысл просматривается ясно. В других учениях такой ясности нет. Вот, например, недавняя система коммунистического мироустройства, которая сводила все к некоему земному счастью, неизвестно откуда взявшемуся, непонятно куда исчезающему и, по сути, бессмысленному, потому что бездушному. Материалистическая модель многих существенных вещей не прописывает вообще. Нужна высокая концептуальная организация учения, чтобы осознать и выстроить смысл истории как таковой. Мы с вами счастливые люди, потому что имеем стройную систему жизни, у которой есть смысл.

Хотя, казалось бы, в своем завершении модель нашей жизни принимает угрожающие формы — ведь кто не боится смерти и последующего Суда? Господом прямо сказано: Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов – по левую…И пойдут сии в му́ку вечную, а праведники в жизнь вечную (Мф. 21, 31, 46).  Но вот что примечательно — христианство прописывает определенные правила поведения, Господь предлагает нам поучаствовать в исторической модели по определенным законам, и если человек этим законам следует, его по окончании земного существования его ждет вечное блаженство.

Более того, чтобы следовать этим правилам, ничего особого-то, собственно, не требуется (хотя часто нам кажется, что для спасения нужно быть святым и совершить что-то запредельное). Евангельское чтение сегодняшнего дня прозрачно и просто говорит о том, что есть алгоритм действий, дающий нам шанс на Спасение. Что главное в этом алгоритме? Человеческое отношение друг к другу! Яснее Самого Господа нашего Иисуса Христа не скажешь: …алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне (Мф. 21, 35). Другими словами, «Я между вами и как вы относитесь ко Мне — так вы относитесь к друг другу».

Подчас это кажется нам несопоставимо с нашими силами трудным, однако посмотрим с другой стороны. Во всех слоях общества, во всех структурах есть свои правила, законы взаимоотношений. Например, в нашем российском законодательстве даже прописано требование о помощи попавшему в беду. Несколько лет назад на Куйбышевском водохранилище потерпел аварию круизный теплоход, и разбирательство по этой трагедии привлекло к суду проходившую мимо баржу, не пришедшую на помощь терпящим бедствие. Приведу совсем крайний пример: уголовная среда — даже там существуют свои правила и свой механизм взаимопомощи! Если они есть там, в обычном светском мире и светском праве, в уголовщине и криминале, то почему их нет у нас или почему их так трудно исполнить?.. Когда мы говорим «подай нищему», речь ведь не идет о тунеядцах и алкоголиках, лентяях, которые ничего не хотят делать и живут за счет других. Речь не об этом, а о других случаях: бывает такое, что бьется-бьется человек — и ничего не получается. Многодетность, безработица, болезни, известная неприспособленность к социальным условиям и так далее. Конечно, в каждом здравомыслящем человеке должно возникать желание помочь тому, кто оказался в такой ситуации. Абсурдна сама мысль, что мы не дадим денег или не накормим человека, у которого действительно никого и ничего нет — кроме нас.

Приходится постоянно говорить — не подавайте алкашам-попрошайкам, но подайте тем нищим, которые есть в вашем окружении. Это знакомые, которые действительно бедствуют, близкие без постоянного заработка и многие, многие  подлинно нуждающиеся. Подавайте им и никогда их не забывайте. Проявите щедрость к тем, кому это жизненно необходимо. Их просто надо увидеть, найти рядом с собой, что иногда оказывается ох как не просто: мы должны понимать, что действительно нуждающиеся люди с чувством собственного достоинства ничего сами просить не будут, попрошайничать на каждом углу не станут.

Иногда происходит и такой перекос, когда мы начинаем думать, что евангельские требования очень высоки и мы мало что можем. Но в евангельском чтении в Неделю о Страшном суде прописано четко: «Будьте людьми, проявите свое врожденное чувство элементарного человеколюбия и сострадания, поборите жадность свою и черствость, которые тоже есть в каждом». Проявляется эта черствость, прежде всего, в нашем нежелании или неумении сказать доброе слово, уделить внимание ближнему, оправдываясь занятостью. Мы не умеем видеть в своем окружении тех, кто действительно нуждается в заботе и внимании. Надо к этому подходить внимательно и индивидуально, находить нужные слова для конкретного человека. Пусть слов этих будет немного, но они будут искренние, душевные, веские, питающие состраданием душу.

Вдумываясь в нашу жизнь, мы должны вспомнить ситуации, в которых мы своим достатком не поделились, когда не были щедры, оказались жадными, скупыми не только на деньги или действия, но и на чувства. Мы должны проявлять взаимопомощь и внимание к ближнему, осознавая, что всех нас ждет Страшный суд. Как мы бываем раздражительны, не делая никаких поправок на условия, обстоятельства ближнего, на его расстройства и переживания. Евангельские тексты всегда нужно соотносить с конкретными жизненными условиями. Кому, в чем и как мы можем помочь прямо сейчас? Воспитание в себе этого внутреннего духовного чувства, способности открытой душой делиться со всеми и с каждым — и является требованием Церкви в понимании нашего грядущего конца. Мы всегда должны подготавливать себя к нему, помня о Страшном суде. Это понимание трезвит. Как говорят подвижники благочестия, «помни последняя своя и во век не согрешишь». Да, действительно, образ Суда мрачен, но он необходим, ибо выправляет, дает верный вектор  духовного движения — навстречу ближнему своему и, через него, навстречу Богу. Давайте же в неделю о Страшном суде включим в наше сердце эти евангельские слова и попытаемся корректировать свою жизнь относительно щедрости душевной и материальной. Пусть всегда пред нами будет образ Страшного суда как требование элементарного человеколюбия, чтобы ответ, который мы на Суде дадим, был добрым. Аминь.