«В Церкви не бывает быстро», или Зачем нужна воскресная школа

Мало кто из нас имеет сносное представление о сути православного вероучения, о смысле православия. Однако очень многие сегодня этим интересуются. Мы спросим: как удовлетворить такой интерес? И получим справедливый ответ: посещать богослужения, читать. Если вопросов больше, чем ответов, можно пойти учиться.

Я не могла не пойти в воскресную школу, потому что Евангелие, которое пыталась читать, изобилует ссылками на Ветхий Завет. Например: «Поминайте жену Лотову. Иже аще взыщет душу свою спасти, погубит ю...» (Лк. 17, 32–33). Что это значит?! Может быть, если понять, кто такой Лот и что случилось с его женой, или постичь церковнославянские «иже» и «аще», станет понятным и все остальное?!

Учеба оказалась бесплатной. Трехгодичная программа, вечерние занятия два раза в неделю — в среду и воскресенье. Среди учителей — духовенство и воцерковленные миряне — совершенно не страшные, наоборот креативные. Было тяжело. Помню, из последних сил заставляла себя конспектировать на лекциях после трудового дня. Но, оказалось, жаль утратить драгоценную информацию, и я мужественно боролась со сном от усталости и писала, писала...

Пожалуй, самое главное, что происходит в духовном учебном заведении, — так называемое воцерковление, в том числе интеллектуальное. Ибо наш ум сильно нуждается в просвещении «светом разума Святого Евангелия» (молитва вечернего правила)...

«Каждый идет в воскресную школу за чем-то своим, — говорит Мария Нефедова, преподаватель церковнославянского языка. — Кому-то надо утвердиться в вере, кому-то надо понять, что ему вообще в этой жизни надо, воцерковленный человек идет за знаниями».

Я пошла в воскресную школу за гуманитарным образованием и сполна его получила. Например, со всей ответственностью могу сказать, что без курса церковной истории светская история была совершенно непонятной, а поэтому неинтересной и пресной. И вдруг заиграла новыми смыслами. Русская Церковь и Русская государственность начинались, оказывается, практически одновременно.

А какие бескрайние горизонты смыслов открывает церковнославянский язык? Тысячу раз употребляла слово «запад», но, только прочитав его в молитве на церковнославянском, открыла, что оно происходит от слова «западать», то есть «падать». И солнце западает, то есть падает, на западе. А востекает соответственно на востоке («востещи» по-церковнославянски — «взойти»).

Эти и другие предметы входят исключительно в программу духовных учебных заведений, и их можно изучать или здесь, или самостоятельно. Например, литургическое богословие (литургика) — наука о богослужении. Или догматическое богословие (догматика) — система «аксиом» православного вероучения, которые, пожалуй, лучше даются людям технического склада ума. Или основное богословие, полемизирующее со всем корпусом светской философии, питая учащихся философского склада ума. Священное Писание Ветхого и Нового Завета... Церковное пение... Знаю многих, кто пришел учиться, чтобы встать на клирос, и сейчас поет на службе. (Есть в храме и народный хор, участвовать в котором может каждый. Нужно только «подойти к Рубену Маратовичу», который тоже преподает в школе). А церковное искусство? А церковная культура? А церковное право? Кстати, практически все преподаватели сами когда-то учились в воскресной школе. Зачем вообще нужно духовное образование?

Священник Александр Гелашвили, преподаватель догматического богословия:

— Одно из назначений человека по отношению к себе — стремление к совершенству, потому что он сотворен по образу и по подобию Божию. Совершенство в первую очередь возможно через образование, потому что только так можно развить свои способности, в том числе, духовные. Образование — элемент духовной жизни, потому что помогает смиряться.

Рубен Мурадян, преподаватель церковного пения:

— Учиться в воскресной школе нужно, прежде всего, затем, чтобы не только ходить на службы, но и знакомиться с христианством как таковым, с его культурой, с его огромными пластами в самых разных проявлениях. Все это дает воскресная школа в виде комплекса различных предметов.

«Для того чтобы по-настоящему воцерковиться, нужно время. В Церкви не бывает быстро», — считает Елена Самсонова, преподаватель Священного Писания Нового Завета.

При этом, «чем больше ты воцерковлен, тем больше понимаешь. Однако само воцерковление тоже происходит в процессе понимания. Это взаимосвязано», — замечает Мария Нефедова, преподаватель церковнославянского языка.

Что сказать об опыте изменения жизни? Она действительно меняется.

«Самое трудное было в самом начале, потому что не было никаких материалов — ни книжек, ни молитвословов, ничего. Были изданы и доступны для мирян только две книги: часослов и требник. А сейчас мне в помощь интернет», — делится Мария Нефедова.

«Самое трудное в деятельности педагога — попытаться изложить материал так, чтобы он был интересен в каждый момент, — считает Александр Самсонов, преподаватель сравнительного богословия. — В любом предмете, в частности, в сравнительном богословии, есть интересные, а есть достаточно сложные, требующие долгого разбора и объяснения моменты, и кому-то это может быть неинтересно. Как сделать, чтобы слушатели воспринимали с интересом на протяжении всей лекции?»

А Библию Ветхого Завета, например, «надо читать со смирением ума, принимая во внимание нашу ограниченность в понимании того, что говорит Дух Святой, — уверен Андрей Кузнецов, преподаватель Священного Писания Ветхого Завета. — Если нет никакого понимания Ветхого Завета, — это нормально. Плохо, если человек думает, что понимает. В Библии разворачивается история взаимодействия человечества с Богом. Настоящая новизна Нового Завета в том, что Христос сказал о Себе: «Я пришел». Все остальное в Новом Завете — из Ветхого Завета. Все речи Спасителя можно разложить на цитаты из пророков».

Мария Нефедова: «Главное что дает мой предмет — любовь к церковнославянскому языку, снижение страха перед ним. Люди все время боятся, что они не понимают церковнославянского, не должны его понимать. На занятиях оказывается, что он достаточно понятен. Задача — понудить людей вдумываться в эти слова, в то, что они читают или слышат, пристально рассматривать каждое слово. Таким образом достигается, во-первых, понимание, во-вторых, переосмысление тех слов, с помощью которых они сейчас общаются по-русски, то есть осмысление истоков своей культуры. Необходимо понимать, какова она и как меняется.

Например, что такое прелесть? Сегодня, восторгаясь, мы говорим: «Ах, какая прелесть!» Но «прелесть» — это практически «искушение», происходит от слова «лесть», которое, кстати, сохранилось в прежнем своем значении — «ложь», «обман» по-церковнославянски. «Прелестник» — это диавол, обманщик. И «прелесть» — это самый гнусный обман!

Получается, что мы используем это слово совершенно в другом значении, чем было изначально. И самый негативный пример — это «блажити». Для нас это — «орать благим матом», а в церковнославянском значит «ублажать», «восхвалять». И таких слов много.

— Все ли могут овладеть Вашим предметом?

— В разной степени. По крайней мере, любого можно научить читать. Главное — дать понять, что человек может этим пользоваться, например, читать молитвы на церковнославянском.

«В Церкви есть два основных предмета, — утверждает Елена Самсонова. — Православие ориентировано, прежде всего, на богослужение, поэтому необходима литургика. Новый Завет по значимости идет вслед за ней, потому что содержит в себе всю «теоретическую базу». Это «программный документ», который отражает как слова, так и дела Спасителя. Невозможно стать церковным человеком, не читая и не изучая Священного Писания Нового Завета именно в церковной среде»...

* * *

Для тех, кто страшится, с 2010 года действуют курсы «Введения в православие», которые могут быть как самостоятельными, так и подготовительными к основному отделению воскресной школы. Программа рассчитана на учащихся, которые по возрасту или по состоянию здоровья не готовы (или пока не готовы) пойти в школу.

Возможно, в будущем мы станем проводить дни открытых дверей, а пока могу сказать только, что одна из самых главных ценностей — неповторимая атмосфера, которая царит на занятиях. Шутка ли, живая традиция, которая насчитывает две тысячи лет? Удивительно: окончив курс, чувствуешь что сроднился с сокурсниками. Но всех предупреждаю: не соблазняйтесь академическими отпусками — из них почти никто не возвращается.

Александра Боровик