Проповедь в День Святой Троицы. 3 июня 2012 г.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Предшествующие наши проповеди недели две-три назад были концептуально направлены к эпицентру события, которое сегодня у нас с вами происходит. Это день огромного торжества, огромного праздника. И он иногда бывает тяжел для восприятия и понимания. Тем более что Пятидесятница в иудейской традиции говорила совершенно о другом. Это был праздник урожая, зерна, злаков; приносили жертвы, радовались жизни. В общем, совершенно это не было связано с нашими сегодняшними темами, нашими вопросами и событиями. И вот поэтому, конечно же, среди простого необразованного народа есть известная путаница. Особенно это было ощутимо еще буквально лет десять назад. Может, сейчас катехизация, какая-то огромная работа достаточно хорошо идет. А раньше приезжаешь не то что в деревню, а даже в город и спрашиваешь у какой-нибудь обывательницы, в какую Троицу она верит, она перечислит: в Божию Матерь, Николая Угодника и еще кого-нибудь. Ну, Спаситель иногда в этом перечне присутствует. Это говорило о том, что само восприятие Троицы было очень размыто, сложно и никак не могли некоторые понять, во что, собственно, верить. Понятно, что Христос есть, а вот что дальше? Кто такой Утешитель? Это вот уже было во много раз сложней. Ну, дай Бог, сейчас это время ушло, и мы, наверное, все-таки Николая Угодника в Троице не встретим уже. И, тем не менее, сама трудность этого вопроса у нас остается.

Я уже говорил на предшествующих своих проповедях о том, что нам надо вновь и вновь сосредотачиваться и вычленять то главное, что мы имеем в каждом празднике. Вот я как раз напоминаю вам, братья и сестры, что сегодня мы имеем то, чему нам следует радоваться. Потому что на Троицу мы поем «Елицы во Христа креститеся», а это означает, что в древности масса людей подходили в этот день к крещению, крещальные Литургии совершались в этот день. Это было великое торжество народа Божия. И сегодня это все идет как раз под знаком Утешителя, на Пятидесятницу, в пятидесятый день от самой Пасхи. И во время между этими праздниками Господь как раз созидал, заваривал то, что сегодня мы с вами имеем благодаря Спасителю Воскресшему, Который в этот период трудился не покладая рук, являлся ученикам и совершал эту самую важную работу: настраивал ум и душу  так, чтобы они смогли воспринять божественную истину. Чтобы Утешитель снизошел на землю, как дождь у нас ниспадает и трава по весне выстреливает своим ростом. Питание пришло и легло на ту почву, которая могла уже воспроизвести плод. Ну а если у нас с вами это все дело в Сахаре, например? На Аравийский полуостров хорошего ливня пошли на неделю — ну и что у нас будет там с вами? Да ничего не будет ровным счетом. Вода уйдет в песок бесследно. И сколько бы мы ни лили, сначала нужно создать условия, чтобы гумус появился, и для этого огромный труд нужен. Вот как раз Господь это все делал, и Церковь образовалась как раз из-за того, что все-таки получилось. Господь просто очень старался, как мы скажем, из кожи вон лез, и апостолов все-таки проняло, и они смогли воспринять истину. И вот они сидели, как мы слышали сегодня с вами. Удивительная, кстати, особенность сегодняшних чтений: не Евангелие профилирующее идет с содержательным концептом, а Деяния апостольские, то есть Апостол. Так вот, в Сионской горнице собрались апостолы, Божия Матерь в ожидании. И вот оно, это ожидание, на пятидесятый день и осуществилось. И огненные языки почили на них. И с этими языками огненными пришло, собственно, явление Бога Троицы. Мы с вами имели Бога Отца в Ветхом Завете, Спасителя на Его общественном служении в земной жизни, и вот, наконец, — Утешитель. Господь говорил апостолам: Лучше бы было для вас, чтобы ушел Я, ибо это есть условие того, что придет Утешитель. Господь уходит, и приходит Дух Святой, третья ипостась Пресвятой Троицы, и полнота Бога Троицы явлена уже человечеству, всей земной истории. Цикл всего и вся от грехопадения здесь у нас с вами завершается на важнейшем этапе, и наступает Новый Завет, новое время. И великое торжество всего христианского народа, и всей истории нашей великое торжество.

Но вот здесь мы все время говорим, что, глядя на исторический контекст, торжества этого мы как раз не ощущаем, ибо видим в основном только тлен, грех, страдания и прочее, что мы обычно употребляем в своем недовольстве жизнью. И все время я спрашиваю, кто доволен своей жизнью, и мы, конечно же, лезем внутрь себя и тотчас признаем: да, недовольны все подряд. Поэтому я вот вновь и вновь возвращаюсь к этой мысли. Мне хотелось бы ее зафиксировать: Утешитель пришел, и нам есть чем быть довольными. Вот посмотрите, сам Дух Святой, Который нарекается Господом именно Утешителем, — с этим понятием, названием, именем очень много разного связано. Один богослов отмечает, что именно с этим именем чаще всего связана дискредитация отрицательной атеистической критики верующих людей, собственно самой религиозной идеи. Вот вы посмотрите. Утешитель — это, во-первых, Тот, Кто утешает, Кто может утешить вообще, и мы в своей плоскости православной, религиозной видим, насколько это важно и необходимо. Почему? Потому что мы знаем, что такое грехопадение, знаем, что такое потеря всего: надежды, упования на свет в конце тоннеля. И вот в Ветхом Завете после грехопадения все праведники, помните, шли в шеол — место мрака и безмолвия. Он не называется адом, называется шеол. И он, понимаете, соразмерен вечности. Когда ты уходишь в вечность, тебя, в общем, ожидает прах. То есть, не было вообще надежды. А вы знаете, что вера и надежда —  конструкции, без которых человек не может жить. Просто не может. Dum spiro spero, «пока дышу — надеюсь». Действительно, если надежды никакой нет, то бессмысленно жить, невозможно жить. Поэтому, раз дышим, значит, уже надеемся, какими бы скептиками ни были, как бы ни бились в падучих и ни были недовольны этим миром. Всегда имеется у нас надежда. И надежда на что? На перспективу того, что все-таки свет будет. Если не здесь, в наших грехах, свинстве, но затем, когда мы придем ко Христу, может, на Его милосердие уповая, мы будем иметь некоторое отдохновение. И если вдруг у нас этой идеи нет в голове, то тогда просто считай, всё пропало. Тогда мозг, душа, сердце жить не в состоянии. И вот как раз мы с вами имеем Утешителя, Который утешает от этой безысходности, когда всё потеряно, всё пропало и некуда идти. И, конечно же, мы Его понимаем как Господа, это как раз и есть продолжение, собственно, Самого Спасителя, то есть третья Ипостась. Это Господь приходит к нам, вот здесь, вместе с нами всегда и везде. Вот что для нас понятно и что не понятно для людей, которые не связаны с христианским пониманием судеб истории.

И вот с этим как раз и связывают неверующие люди утешение как отрицательный термин. Обратите внимание, что всем этим литература особенно часто раньше пестрила. Потому что утешение — это, в общем, как говорит отрицательная критика, некоторые иллюзии. Вот надо просто утешить человека, такую сказочку рассказать, чтобы он немножечко отвлекся, как бы забелил черноту внутри и вокруг себя. Но она ничего не решает, вот в чем дело-то. Утешать можно много ("вот ты бедный, а тебя сейчас утешу, вот как я тебе сострадаю, а вот как тебе мало есть, хорошо бы было побольше, ну ты знаешь, такие обстоятельства"), но еды-то нет, хлеба-то нет. Такое утешение называли «опиумом для народа», те, кто постарше, помнит этот лозунг: «религия — это опиум для народа», то есть, позволяет опия взять и немножечко отвлечься от реальности, уйти от нее. И эта дискредитация, конечно же, Утешителя, шла, что называется, огромными шагами. Но мы-то должны хорошо понимать, что утешение есть эквивалент спасения, вот в чем дело. И Он утешает нас в скорбях наших, даря нам перспективу вечной жизни.

И самое еще основное и важное, что с Утешителем мы обретаем. Собственно, это всем известная истина обретшая вид формулы о том, что Дух дышит, где хочет. Вот здесь новый момент у нас с вами образовывается. Что мы получаем в связи с приходом Духа Святого, с Новым Заветом? Дух дышит, где хочет, — это означает, что Он вне пространства, вне размерности, вне скорости. Вне места и условности и всего прочего надуманного. То есть, Он раздвигает все границы, для Него все горизонты доступны и в любом месте мы с вами, соответственно, свободны. И здесь категория свободы выступает на первое место, потому что с Духом Святым, с Его пришествием человек действительно освобождается. Человек может в каком угодно плену быть, у нас рабство какое угодно может быть, и мы с вами скажем, что на самом деле в Новом Завете рабовладельческий строй процветал, и сколько-нибудь его можно было наблюдать вплоть до последних событий в нашей стране, в 90-х годах. Но вопрос не совсем в этом. А в отношении к этому явлению. Если раньше это был просто определенный распорядок жизни и с этим смирялись, то для нас это проявление беспорядка, хаоса. Это понимание хаоса является ключевым. Раз у нас есть сознание этого, то так или иначе, всегда, рано или поздно, эти оковы будут сброшены, что, собственно, и проявлялось в течение истории. И вот эти последствия сейчас, в нашей современной жизни обрели качество правового общества, над которым мы все время смеемся: "ха-ха, правовое общество, посмотрите, в Америку съездите"... Но ведь, братья и сестры, сколько бы мы ни смеялись над этим, стоит нас поместить немножечко раньше, в какое-нибудь царство Рамзеса II, например, в Египте и посмотреть, что там было, — как мы бы тогда отнеслись к понятию правового общества, даже и со своими уродствами? На самом деле, конечно же, и наша жизнь во многом изуродована и искажена, но так или иначе онтологическая подоснова под понятием правового общества есть и она звучит именно так: Дух дышит, где хочет. И вот мы все время варимся в этой благодати, в ней купаемся и при этом бываем недовольны перегибами, встречающимися в нашей жизни, глупостью, действительно мерзостью.

Здесь есть еще одно отягчающее обстоятельство. Само по себе понятие о правовом обществе с глубинной духовной стороны действительно уродливо, потому что у нас должно быть не правовое общество, а общество любви. Но надо дорасти до него, это есть своя ступень, до которой трудно добраться, и поэтому всё то, что у нас есть в настоящее время, — это есть достояние Духа Святого, Который когда-то сошел на апостолов огненными языками и нашел почву, на которой взошла эта живительная зелень, как наши березки в храме. Каждый год приходится на них указывать и напоминать вам о том, почему они здесь стоят. Да, это визуальное, эмпирическое подтверждение действия благодати Божией, которая, в частности, в растительном мире достаточно пассивна, но она есть в душах стоящих здесь. Раз вы стоите здесь, следовательно, эта живительная зелень есть ростки новой жизни, иначе вы бы не стояли здесь на Литургии. И вот, Дух Святой почил на апостолах и эта зелень взошла. Ее становилось все больше и больше, несмотря на страшные царства, которые у нас были, как на Западе, в католицизме, так и в Византии православной, в которой тоже было много грехов и недостатков. Но она всё прорастала. Поэтому, сколько бы мы недовольны ни были, сколько бы ни костили свою православную жизнь, государственность и так далее, всё это будет столь же справедливо, сколь и неверно. Мы уметь должны благодарить Господа за всё, что Он сделал, и за этот сонм святых, который мы будем праздновать на следующей уже неделе. Забегая вперед, рекомендую — посмотрите в календарь, и вы увидите разворачивающуюся картину этого будущего. Потому что святые — это та благодать, те подлинные живительные ростки, которые прозябли на этой земле полноценно. Они так и называются — святые, и, значит, уже не просто так Дух Святой почил на этой земле. Их много, святых. А затем, в следующую уже седмицу, мы будем говорить о русских святых, более локально. И ценность этих святых бесконечна и бездонна. Мы питаемся и живем их святостью. Потому что история всей Церкви, история Земли, если хотите, — это история святых. Вот ради чего тогда стоило жить и стоило существовать. Ради них только. Мы так и живем благодаря их молитвам, их, которые сейчас у престола Божия, и тех святых, которые есть и среди нас — а они действительно есть.

Вот поэтому сегодня возрадуемся, братья и сестры, возрадуемся этому событию, явлению Бога Троицы, Нового Завета. Церковь Христова начала действовать, она начала жить. И мы в этой Церкви, и она спасительница. И это великая надежда нам на то, что как здесь, так и в будущем веке свет может на нас почить. И мы можем участвовать в этой вечной благости жизни с Богом. Вот об этом сегодня вознесем молитвы и, самое основное, попытаемся все-таки прояснить свое осознание того, что происходит в день Святой Троицы, в день Святой Пятидесятницы. Что происходит и должно происходить в нашей с вами душе, в храме Духа Святого, потому что мы с вами есть по заданию Божию храм Духа Святого. И как у нас с вами Он должен жить, насколько мы должны озаряться светом. И, конечно же, вновь и вновь славить Троицу, благодарить и апостолов, и всех святых за то, что они услышали эти труды Господни. И дай-то Бог, чтобы еще в будущем хоть немножечко мы сделали не только для себя, но и для своих детей по мере сил и возможности. В этом помоги нам, Господи. Аминь.