Ценности: невидимое в видимом, или Этические проблемы вспомогательных репродуктивных технологий

В медицинской терминологии экстракорпоральное (вне тела матери) оплодотворение (ЭКО), или искусственное размножение, носит название «вспомогательных репродуктивных технологий» (ВРТ). Безусловно, это — медицинская манипуляция, осуществляемая врачами-репродуктологами.

Но — в отличие от врачебных действий других медицинских специальностей: хирургов, терапевтов, педиатров, стоматологов, невропатологов — действия репродуктологов и применение ВРТ отдельно и специально регламентируются действующим Федеральным законом «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (глава 6, статья 55), вступившим в силу 1 января 2012 года. Вопрос о том, почему эти медицинские «услуги» потребовали отдельного законодательного регулирования, заслуживает особого внимания.

Ответ очевиден: отдельная регламентация связана с опасностью последствий искусственных манипуляций, относящихся к воспроизведению человеческого рода. Не надо быть специалистом для того, чтобы понимать проблему искусственного оплодотворения как новой формы размножения людей, которая не может не повлечь за собой изменение социальных отношений между мужчиной и женщиной, между детьми и родителями. Тогда в полный рост встает важный вопрос: а как именно регулируется применение ЭКО в нашей стране? К сожалению, мы должны констатировать тот факт, что законодательная регламентация в Российской Федерации не совершенна и вступает в столкновение с традиционной моралью.

Статья 55 главы 6 действующего Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» утверждает: «Мужчина и женщина, состоящие и не состоящие в браке (параграф 3; выделено мной — И. С.), имеют право на применение вспомогательных репродуктивных технологий...». Другими словами, можно не вступать в брак и рожать детей вне супружеских отношений, т. е. по сути лишать детей права иметь отца или мать.

Как известно, именно государственная регистрация браков предусматривает, прежде всего, защиту интересов детей — интересов как моральных, так и материальных. Искусственное размножение, допустимое вне рамок брака — это такая форма размножения, которая неизбежно повлечет за собой снижение уровня этой защиты. В современных условиях катастрофического роста разводов, неограниченное использование методов искусственного размножения только усилит процессы разрушения традиционной семьи, социальную неустроенность людей, личные трагедии детей.

Сегодня детей, рожденных с применением методов ЭКО, становится все больше и больше. Тем не менее далеко не все родители хотят афишировать то, каким образом был зачат ребенок. Официальной статистики о состоянии здоровья таких детей практически нет, однако в обществе существуют «мифы», что ЭКО-дети — не здоровы, ЭКО-дети — интеллектуально посредственны и т. д. Состоятельна ли такая информация? Это — научные факты или просто молва?

Говорят, «нет дыма без огня». Народная молва, как и «мифы», никогда не бывает бессмысленной и, как правило, несет важную информацию.

Но помимо «мифов» есть и официальные позиции. К ним относится известное мнение вице-президента (2007-2014) РАМН, главного педиатра эксперта и члена Коллегии Минздрава России Александра Баранова, по данным которого, 75% детей, рожденных в результате применения ЭКО, являются инвалидами.

Нет данных и о здоровье повзрослевших пациентов. А это важно. Ведь подлинно научная информация собирается в течение определенного времени, позволяет проследить судьбу подопечного. Официальной научной статистики по всем детям «из пробирки» нет — распространяется только рекламная выборка.

Обществу и науке необходимы данные о том, какие семьи и какие одинокие люди создают ЭКО-детей, чем те болеют или, наоборот, не болеют, какова их судьба, каких они рожают детей и т. п. Сам факт отсутствия специального научного исследования по этим вопросам в направлении такой медицинской деятельности настораживает. При этом надо понимать и помнить, что ЭКО — бизнес, который, как любой бизнес, ориентирован на получение прибыли. Любой ценой? Может быть, в силу этого у общества практически отсутствует информация о состоянии здоровья ЭКО-шных детей и об их судьбах?

Очень актуален и вопрос о том, что, собственно, в ЭКО противоречит нашим религиозным устоям? Известно, что официальная позиция Русской Православной Церкви по этому вопросу выработана.

В «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви» (2000) говорится: «Нравственно недопустимыми с православной точки зрения являются также все разновидности экстракорпорального (внетелесного) оплодотворения...». А в Заявлении Церковно-общественного совета по биомедицинской этике при Московской Патриархии Русской Православной Церкви «Христианское отношение к экстракорпоральному оплодотворению» (2010) констатируется: «…использование ЭКО во всех его вариациях с христианской точки зрения является грехом». К вариациям относятся, в том числе, и вариации с количеством созданных или уничтоженных эмбрионов человека.

Чем же обусловлена такая весьма однозначная и ясная позиция? Тот, для кого достаточно авторитета Святого Писания, может ограничиться тем, что Господь неоднократно обращается к человеку: …Я образовал тебя во чреве… (Иер 1, 5). И человек в свою очередь признает Бога, как Того, …Который создал меня во чреве, образовал <…> в утробе… (Иов 31, 15). Для тех же пытливых умов, которым нужны и рациональные аргументы, мы можем предложить следующие одиннадцать позиций.

Нашим религиозным устоям противоречит:

1. Обесценивание норм традиционной морали, христианских нравственных принципов, основанных на уважении к достоинству человека.
2. Попрание прав ребенка иметь отца или мать в случае использования ЭКО не состоящими в браке людьми.
3. Создание и уничтожение «лишних» эмбрионов как стандартное необходимое условие ЭКО.
4. Создание искусственной среды и искусственных механизмов зачатия с перспективой создания искусственной матки.
5. Разрушение традиционной семьи.
6. Донорство половых клеток как элемент ЭКО при определенных условиях и купля-продажа донорских половых клеток.
7. Безнравственные способы получения мужских половых клеток.
8. Суррогатное материнство как метод, сопровождающий ЭКО, и трансформированный вариант проституции и торговли людьми.
9. Прямая поддержка нетрадиционных (гомосексуальных) отношений.
10. Программирование сиротства.
11. Причинение вреда здоровью женщин и детей как субъектов ЭКО.

Пытливые умы, конечно же, могут углубить свои поиски, используя специальную литературу. Но нельзя забывать о том, что если даже ...и знаю все тайны, и имею всякое познание <…>, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто (1 Кор 13, 2). Именно этого «пятого элемента», значение которого признает даже модернистский мир, т. е.  л ю б в и, которая здесь выхолощена био-, химио-, физическими механизмами, и не хватает, что неизбежно ведет к несовершенству в широчайшем диапазоне его проявлений.

Именно поэтому не стоит обольщаться легализацией ЭКО в секулярном законодательстве, отрицающем традиционную мораль, так как это путь к серьезным «обменным процессам» в индивидуальном и общественном сознании. Важно, прежде всего, осознать то, что каждая попытка внедрения этих технологий — еще один шаг к завершению истории человечества, и это проявляется в отрицании моральной реальности Синайского Откровения, в стремлении установить иной (антихристианский) порядок бытия и навязать людям иной (антихристианский) строй и образ жизни.

Зав. кафедрой биоэтики Российского национального исследовательского
медицинского университета имени Н.И. Пирогова, 
профессор, д. ф. н. Ирина Силуянова