Описание главного иконостаса храма Покрова в Медведкове

Иконостас храма Покрова в селе Медведково был создан в 1687 г. по заказу князя В. В. Голицына. По данным реставрационного отчета 1990 г., иконостас почти полностью сохранился до настоящего времени и несет на себе печать истинной художественной одаренности автора — известного живописца Оружейной палаты Карпа Золотарева.

Художник Карп Золотарев был приверженцем проникшего в Россию западного (немецкого и голландского) влияния. В XVII в. каноническую икону вытесняют натуралистические изображения, больше похожие на чувственную католическую живопись, чем на аскетические образы древности. Новый стиль назвали «фряжское письмо», или «живоподобие».

Большинство икон Покровского иконостаса написано на липовых досках в смешанной технике: фон выполнен темперой, фигуры — масляными красками, покровный слой — лак или олифа. Эта группа икон сохранилась практически в оригинальном виде.

В иконостасе есть две иконы конца XVII века, выполненные в традиционной русской технике (по левкасу яичной темперой). Это иконы местного ряда «Покров Богоматери» и «Ветхозаветная Троица».

Четыре иконы праотеческого ряда в резных позолоченных рамах-картушах стилистически совпадают с большинством икон, тоже относятся к XVII веку, но выполнены по тонкому левкасу масляными красками. Деревянная основа этих икон составляет единое целое с рамой. Это иконы с изображением праотцев Авеля, Адама, Авраама и Мелхиседека.

Праздничный ряд иконостаса почти полностью утрачен, за исключением икон XVII в. «Рождество Пресвятой Богородицы», «Воскресение Христово», «Крещение» и «Вознесение». Эти иконы выполнены по левкасу яичной темперой в традиционной русской манере иконописи. Их состояние удовлетворительное.

Икона XVIII в. «Тайная вечеря», расположенная над Царскими вратами, выполнена масляными красками на фигурной цинковой пластине по грунтовке суриком.

Шесть икон-медальонов в Царских вратах написаны в ХХI в. клириком храма иереем Алексеем Пареньковым.

Резьба иконостаса

Барочный иконостас обильно украшен резьбой. Если в тябловом иконостасе, несомненно, первенствовала живопись, то теперь резьба занимает полноправное место рядом с иконописью в художественном облике всего комплекса.

Резьба и скульптура были главным украшением католического храма. Но в России, где фигуративную скульптуру православная церковь считала слишком живоподобной, на первый план выходит орнаментальная резьба и приобретает ведущее значение в украшениях клиросов, киотов и иконостасов. Искусство такой резьбы пришло в Россию в середине XVII века вместе с белорусскими мастерами-резчиками. Резьба помогала украсить храмы с невиданной доселе пышностью и вполне соответствовала ведущему стилю эпохи — барокко.

Такой способ украшения иконостасов получил еще одно название — «флемская» резьба. Причем само название «флемской» резьбы и «флемских» иконостасов она производит от слова Flame (нем.) «фламандец», подчеркивая тем самым географию заимствования. Конец XVII — начало XVIII века — время расцвета «флемских» иконостасов. Основное отличие «белорусской рези» от плоской резьбы, которая встречалась в декоре тябловых иконостасов в том, что резьба была сквозной и объемной, фактически скульптурной, что требовало особых инструментов для исполнения. С белорусскими мастерами в русское искусство пришли популярные в Европе орнаменты, порожденные Ренессансом и барокко. Это растительные мотивы с богато разработанной символикой. Источником декоративных форм для резчиков Троицкого собора могли служить пособия для архитекторов и декораторов, богато иллюстрированные гравюрами с пышными картушами, изображающими изобилие плодов земных.  Используются мотивы виноградной лозы, виноградных гроздьев и листьев, цветы, створки раковин, акантовые листья, смоквы, груши — они очень реалистично трактованы, и видно, что мастера знакомы с этими плодами, которые завозили на Русь уже тогда, не понаслышке. Но при рассматривании орнаментов остается впечатление, что осмысляется резчикамихорошо понятный им мотив виноградной лозы, с которой сравнил себя сам Христос в Евангелии от Иоанна, как привычный символ Христа, страстей, причащения, а остальные мотивы воспринимаются в целом как образ прекрасного творения Божьего, райского сада.

Иконостас нашего храма относится к стилю барокко, но, по всей видимости,  потерпел большие утраты. Лишь сохранившиеся картуши-медальоны можно отнести к «флемской» резьбе из липового дерева, покрытой левкасом и позолотой. Остальные уцелевшие  элементы резьбы и колонны, можно отнести к более позднему времени (примерно XIX в.). Резьба резалась и золотилась отдельно, где это удобно мастеру, а затем перевозилась на место и монтировались к плоскостям иконостаса. Мастера-резчики должны были сами установить иконостас. Столярные и резные работы при изготовлении очень больших заказов могли продолжаться от трех месяцев до года, золочение — до 10 месяцев. Это зависело от квалификации и количества мастеров, степени сложности работы

Существует мнение, что наш иконостас перестраивался, и вполне возможно, был перенесен из другого храма, на что указывает  его сложная конструкция. Считается, что цветной фон (как в нашем храме) под золоченую резьбу появляется ради экономии золота. Но вполне возможно цвет тела иконостаса был изменен позже, уже в советское время.