Преподобная Кассия — женщина-гимнограф

«Небеси убо высота неиспытаема, земли же широта и долгота неосяжема, морю же глубина неизмерима, святых же чудеса неисчетна и недоумеваема» (Милютинские Минеи)¹

Заканчивается Великий пост, совсем близко Великая Суббота и Светлое Христово Воскресение — Пасха. В приближении этих великих дней необходимо рассказать об одной из немногих женщин-гимнографов, труды которой помещены в постной триоди и являются частью литургического годового круга. Речь идет об инокине Кассии, авторству которой принадлежат ирмосы канона утрени Великой Субботы² и другие церковные песнопения.

Имя преподобной Кассии, игумении и церковного поэта-гимнографа, мы находим в святцах Греческих Православных Церквей; вариантов написания этого имени несколько: Кассия, Кассиания, Кассиана, Икасия. Особо почитается преподобная на острове Касос, уроженкой которого, согласно преданию, она была и где скончалась; местные жителя считают ее покровительницей их острова, а греческие поэты и гимнографы — покровительницей их цеха.

Преподобная родилась около 800-805 года в семье благочестивых родителей (ее отец Фемистокл служил при дворе императора Феофила). Детей у супружеской четы долго не было, и супруга Фемистокла постоянно молилась Господу о даровании чада. В ответ на ее просьбы родилась дочь, отличавшаяся умом и красотой.

Самый известный факт из биографии прп. Кассии сомнителен с точки зрения историчности: а именно факт ее участия в царских смотринах (практически аналогичный приводится в житии другой святой, прп. Ирины, игумении Хрисовалантского монастыря). Согласно легенде, передаваемой хронистом Симеоном Логофетом, «Кассия среди прочих знатных девушек участвовала в так называемых царских смотринах, устроенных для имп. Феофила его мачехой Евфросинией в 821 или 830 году <…> Император должен был вручить своей избраннице золотое яблоко. Подойдя к Кассии, которая поразила его красотой, он сказал: «Чрез женщину излилось (в мир) зло», подразумевая праматерь Еву. Девушка ответила: «Но чрез женщину проистекает и высшее», подразумевая Пресвятую Богородицу. Уязвленный тем, что ему осмелились возразить, к тому же продемонстрировав ученость, равную императорской, Феофил отдал яблоко другой девушке, св. Феодоре»³. После этого Кассия приняла монашество, основала в Константинополе монастырь и стала его игуменией, прославившись в дальнейшем как автор церковных песнопений, которых в рукописной традиции насчитывается в настоящее время около пятидесяти.

Хронистами приводятся данные еще об одной встрече прп. Кассии с императором Феофилом, который однажды якобы решил посетить ее уже в монастырской келье: «В это время Кассия составляла самогласен на «Слава, и ныне» утрени Великой Среды («Господи, яже во многия грехи впадшая жена...»). При приближении императора Кассия скрылась, прервав текст на словах «шумом уши огласивши». Не застав Кассии в келье, Феофил прочел гимн и добавил стих «страхом скрыся»⁴.

Есть сведения, что некая кандидатисса К., прекрасно образованная девушка из знатной семьи, стремившаяся стать монахиней, состояла в переписке с прп. Федором Студитом. Ее имя и особенности личности совпадают с именем и особенностями личности автора церковных песнопений за одним исключением — респондентка прп. Феодора не могла участвовать в царских смотринах — она была известна как участница борьбы с иконоборчеством и даже подверглась за это бичеванию⁵.

Так или иначе, с романтическими подробностями или без них, несомненно то, что в лице прп. Кассии мы имеем замечательную личность своей эпохи, выделяющуюся по общественному положению, уму и образованию, чьи труды приняты Церковью именно как творение во славу Божию⁶. Что же можно сказать о самом творчестве прп. Кассии?

В первую очередь обратимся к канону Великой Субботы. Есть сведения, что блаженной Кассией «первоначально были написаны не только ирмосы, но и тропари первых пяти песней. Однако позднейшие составители служб нашли неудобным оставить в церковном употреблении канон, написанный женщиной; поэтому Марку, епископу Идрунтскому, <…> было поручено составить тропари указанных песней канона; в этом произведении оставлены были только ирмосы блаженной инокини Кассии…»⁷. Рассматривая только ирмосы, мы видим в них глубины христоцентричного богословия, глубочайшие истины о спасении человека Крестной Жертвой Христовой от греха, проклятия и смерти:

«Волною морскою скрывшаго древле, гонителя мучителя, под землею скрыша спасенных отроцы: но мы яко отроковицы, Господеви поим, славно бо прославися»;

«Тебе на водах повесившаго всю землю неодержимо, тварь видевшее на Лобнем висима, ужасом многим содрогашеся, несть свят, разве Тебе Господи, взывающи»;

«На Кресте Твое Божественное истощание провидя Аввакум, ужасся, вопияше: Ты сильных пресекл если державу Блаже, приобщаяся сущим во аде, яко всесилен»;

«Богоявления Твоего Христе, к нам милостивно бывшаго, Исайя свет видев невечерний, из нощи утреневав взываше: воскреснут мертви, и восстанут сущии во гробех, и вси земнороднии возрадуются»⁸.

Преподобная Кассия, начав с воспевания Господа в ирмосе первой песни канона, уже в ирмосе третьей песни говорит о Его распятии… «На Лобнем висима…» — «это то, что приводит тварь в содрогание, что исторгает вопль у твари, но и дает этой твари сознание, что нет на земле большей святости, кроме Господа, что Он — Един спасение твари»⁹.

В ирмосе четвертой песни канона мы видим кульминацию богословской мысли автора — здесь исповедуется не только Крестная Смерть Спасителя, но и Его сошествие во ад; исповедуется победа над диаволом именно через Крестную Смерть и сошествие во ад, поражение смерти в самом ее источнике.

Ирмос пятой песни канона Великой Субботы говорит нам уже о грядущем всеобщем воскресении, Втором Пришествии Господнем, Невечернем Свете и нескончаемой радости всех земнородных — живых и мертвых. О Воскресении Христовом прп. Кассия говорит прикровенно, называя первое Пришествие Господа Богоявлением и великой милостью Его к людям; а вот последствия Крестной Жертвы воспевает подробно: «воскреснут мертви, и восстанут сущии во гробех, и вси земнороднии возрадуются».

Упомянем еще известнейшую стихиру Великой Среды, автором которой тоже является преподобная:

«Господи, яже во многие грехи впадшая жена, Твое ощутившая Божество, мироносицы вземши чин, рыдающи миро Тебе прежде погребения приносит: увы мне глаголющи! Яко нощь мне есть разжжение блуда невоздержанна, мрачное же и безлунное рачение греха. Приими моя источники слез, иже облаками производяй моря воду. Приклонися к моим воздыханием сердечным, приклонивый небеса неизреченным Твоим истощанием: да облобыжу пречистеи твои нозе, и отру сия паки главы моея власы, ихже в раи Ева, по полудни, шумом уши огласивши, страхом скрыся. Грехов моих множества, и судеб Твоих бездны кто изследит; душеспасче Спасе мой. Да мя Твою рабу не презриши, иже безмерную имеяй милость»¹⁰.

Удивительно то, что в этой стихире песнотворица имеет дерзновение впадшую во многие грехи жену назвать мироносицей. Это чистая интуиция, вопреки всякой логике знающая сердцем то, что все грехи кающегося покрываются Любовью и безграничной милостью Господа…

Стихира отличается покаянным настроем, смирением сердца и глубоким лиризмом, как, впрочем, и все остальные творения святой игумении. Авторству преподобной Кассии, кроме упомянутых произведений, принадлежат стихира на Славу, и ныне на Господи, воззвах вечерни Рождества Христова: «Августу единоначальствующу на земли…»; стихира на стиховне вечерни в день Рождества Предтечи и Крестителя Господня Иоанна; две стихиры на хвалитех утрени в день памяти пяточисленных мучеников; стихиры в день памяти святых мучеников Гурия, Самона и Авива¹¹, а также другие произведения.

В современных богослужебных книгах сохранились некоторые стихиры прп. Кассии, которые либо помещены без надписания, либо обозначаются: «Анатолиево» или «Византиево», что указывает не на конкретного автора, а на происхождение песнопения; есть песнопения прп. Кассии, приписываемые другим гимнографам, даже таким, как свт. Андрей Критский; в рукописных источниках при этом указано авторство инокини Кассии¹².

Наш краткий рассказ о прп. Кассии необходимо завершить словами, характеризующими не столько ее саму, сколько отношение Церкви к ее творчеству:

«Великую духовную свободу исповедует Христова Церковь, сохраняя в своих церковно-богослужебных книгах творения женщины-гимнографа. Тот факт, что почти все [или большая часть их — авт.] дошедшие до нас церковные гимны блаженной инокини Кассии имеют надписание, означает, что Церковь ревностно сберегает ее творения в числе лучших, отмеченных именем, сохраненных для будущих поколений произведений <…> Инокиня-гимнограф принята святой Церковью как равная, наряду с великими творцами канонов, участвовать в воспевании и восхвалении тайны Совета Превечного в деле спасения человеков…»¹³.

Автор цикла статей: Ирина Русова

¹ Цит. по: Никулина Е.Н. Агиология [эл. ресурс] // «Азбука веры»: [web-сайт], URL: https://azbyka.ru/otechnik/Zhitija_svjatykh/agiologija/1_9 (дата обращения: 20.02.2018).