Проповедь от 23 сентября 2018 г. О хананеянке

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Проблема, которую мы сегодня поднимаем, уже затрагивалась нами неоднократно, но встает она вновь и вновь. Эта проблема нашей молитвы — основа основ. Часто нам кажется, что Бог не отвечает на наши запросы, и мы не можем понять, как Господь допускает такое? Одна почтенная дама недавно настойчиво требовала от меня ответа: «Как же так? Почему Он не слышит?!» И это по очень важному поводу. Мы обращаемся к Нему, просим и, само собой, ожидаем реакции. Ничего не происходит, мы чувствуем безысходность, и само качество молитвы от этого начинает страдать.

Но это рефрен нашего бытия: богообщение —  знак того, то мы не одни в этом мире. Без обращения к Нему теряется весь смысл жизни, поэтому, конечно, мы должны общаться с Ним, но с пониманием, ибо ответы от Него сопряжены с рядом глубоких и тонких особенностей. Сегодняшнее евангельское повествование (Мф.15:21–28) нам в этом помогает, приоткрывая вещи, которые обычно скрыты от наших взоров.

Что говорится в Евангелии? Жила одна женщина, хананеянка. Она не имела отношения к израильскому народу. Это другая вера, другая культура — все иное. У нее была тяжело больна дочь. Видимо, болела она давно, и женщина своими обрядовыми языческими средствами годами пыталась ее спасти, условно говоря, обращалась к жрецам и проч. — но толку, как мы видим, было мало. И тогда она приходит к Спасителю, протискиваясь через толпу: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется.

Возвращаясь к нам, меняем план размышлений: у каждого есть свое жизненное пространство, в котором мы к Господу обращаемся. Сколько лет занимает эта наша молитва? У кого-то пять, у кого-то пятьдесят — часто бывает, мы просим безответно много лет. По евангельскому зачалу можно предположить, что хананеянка обращалась к жрецам в течение порядка тридцати лет. И что мы видим? Трагическую историю: женщина молит Господа как «последнюю инстанцию», а Он ей не отвечает — Он не отвечал ей ни слова.

У нас сразу возникает вопрос: Господь что, не слышит? Можно предположить, что шум, толпа, суета, в которой и правда можно не услышать. Но Он не просто человек, а Богочеловек, Он не может не слышать. Напротив: Он слышит все и слышит сразу. Значит, осознанно не обращает внимания на ее мольбу. Женщина просит снова и, по свидетельству учеников, не просто просит, а кричит так, что идти невозможно: И ученики Его, приступив, просили Его: отпусти ее, потому что кричит за нами.

Женщина настолько потеряла терпение в своих прошениях, что переходит на крик, который означает, что все пределы пройдены, сил терпеть больше нет. Предельный вариант отчаяния от Божеского молчания.

А Он все так же идет сквозь толпу. Наконец, останавливается. Но дальнейшее еще хуже! Он останавливается, она приближается, и на ее прямое вопрошание о помощи, Он дает ей такую отповедь, что все уже окончательно сбиты с толку: Он же сказал в ответ: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева. А она, подойдя, кланялась Ему и говорила: Господи! помоги мне. Он же сказал в ответ: нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам. 

Что в итоге получается? Мы дошли до крайней черты —  Господь в ответ на молитву хананеянки сравнивает хананеев с собаками. Допустим, что к этому есть основания, поскольку из истории мы знаем: хананейский культ был очень жестким, даже зловещим —  вплоть до жертвоприношения детей. Все злое было собрано в этом языческом культе. Как пишет исследователь Аким Олесницкий: «У камня, как у живого и оживляющего начала, хананеяне, мужчины и женщины, искали жизненной плодотворной силы, у его подножия зачинали и рождали детей, заранее посвящавшихся в жертву тому же камню, когда он охладевал и мертвел (образ безжизненного зимнего солнца) и сам нуждался в согревании его живой человеческой кровью». Однако мы знаем, что Христос, имея даже весомые резоны, остается Спасителем, заботящимся о любом человеке. И вот перед Ним хананеянка, человек! Как же Он мог оставить ее молитву безответной?

Вновь перенесем контекст евангельской истории на жизнь каждого из нас. Бывает, мы получаем подобные «отповеди», например, от крупного чиновника или своего начальника — и что тогда с нами происходит?.. У нас руки опускаются от обиды, боли и безысходности. Такая же реакция на безответную молитву и обращение к Богу как последнему прибежищу. И это часто случается в нашей повседневной жизни. Именно для того дано нам сегодняшнее Евангелии, чтобы мы хоть что-нибудь поняли в этой глубокой тайне нашего молитвенного обращения и кажущегося безразличного молчания Господа.

Есть две возможных реакции на безответность Бога. Первая: обозлиться. Большинство из нас реагирует именно так: озлобленно-обиженно. И ведь обида резонная, для нее есть все основания. Но есть и вторая возможность — несмотря на длительное прошение и отсутствие ответа среагировать иначе. Как та хананеянка — что с точки зрения контекста ее бытия совершенно непонятно. У язычницы, очень гордого априори человека — откуда такое смирение вдруг взялось? Непостижимо. Но она своим смирением выстрадала вечную жизнь.   

Мы всегда оцениваем нашу молитву субъективно, изнутри собственного «я». Мы смотрим вверх, на небо, обращаясь к Богу, а теперь давайте попробуем уйти от субъективности и посмотреть на все с птичьего, так сказать, полета. Ведь мы весь небосвод заполняем собственными ценностями и представлениями о том, как должно быть! Думаем, что знаем, как лучше для нас, — а все остальное несправедливо.

Давайте задумаемся: как Господу удалось так кардинально преобразить эту хананейскую душу, сформированную в жестоком языческом культе без каких-либо представлений о нравственности? Ведь задача не из легких. Мы и по себе знаем: когда пытаемся хоть чуть-чуть измениться — не получается. Но на примере хананеянки видим, что совокупность любви и страдания, боли неразрешимых проблем и страха безысходности дает возможность родиться такому феномену покаяния, какой преклонил к ее молитве Господа. Мы видим акт смирения, незлобивости в самой отчаянной ситуации и, главное, бесконечного упорства. Ведь что самое ценное в ее смиренном высказывании? Она борется до конца.

У нас же бывает наоборот: просим-просим, не получаем просимого — и все, хватит, разворачиваемся и отступаем. Участница предлагаемого нам евангельского события этого не сделала. Получается, в нашей молитве не хватает последовательности и постоянства. И, конечно, бесконечной веры в то, что Господь нас слышит всегда. И если Он, как нам кажется, медлит или дает отрицательный ответ, Он все равно решит этот вопрос. Так или иначе, рано или поздно, но с наилучшим результатом для нас. Наше отчаяние в собственной молитве — показатель того, как мало мы верим. Да, мы маловеры, да, субъективны, да, часто отчаиваемся и думаем, что выхода нет. Но он есть — взять за пример  эту хананеянку и соотнести ее просьбы с нашими, ее старание в молении с нашим. Вот она просит раз, два, уже кричит во весь голос — получает отрицательный, сугубо оскорбительный ответ и продолжает дальше верить! Все лучшее в жизни человечества свершается именно в таких случаях. Когда свою страсть, свой грех дожал до конца, и разверзаются небеса. Цена этому — вечная жизнь.

Задумаемся же о нашем опыте неотвеченной молитвы и о причинах этого. Да не смущается сердце наше, да будем всегда понимать и верить, что Господь рассудит, разберется, управит. Если Он молчит сейчас, значит, так нужно. Что все наши претензии стоят с точки зрения Божеского видения? Тема трудная, как и сам молитвенный подвиг. Помоги нам, Господи, чтобы у нас не было отчаяния, чтобы мы не отступали и верили до конца, чтобы мы могли вырабатывать в себе молитвенную веру, чтобы небеса разверзались от наших молитв, чтобы всегда была в нас вера, что Господь нас не оставит и к вечной жизни приобщит. Помоги нам, Господи. Аминь.